Ким Ё Чжон, сестра лидера Северной Кореи Ким Чен Ына, отвергла обвинения ФБР в том, что Пхеньян стоит за кражей криптовалюты с Binance на сумму более 6 млрд долларов. Она назвала эти заявления серьёзной политической провокацией. Тем временем Северная Корея испытала стратегическую ракету с кассетной боевой частью, продемонстрировав новые военные возможности.
Пхеньян отверг выводы расследования ФБР, согласно которым Северная Корея причастна к краже криптовалюты с Binance — крупнейшей в мире криптовалютной биржи. Ким Ё Чжон заявила в распространённом Центральным телеграфным агентством Кореи сообщении, что США пытаются представить Северную Корею «киберпреступным государством», утверждая, что за атакой стоят поддерживаемые Пхеньяном хакеры.
Она также обвинила Вашингтон в том, что тот внушает международному сообществу, будто Северная Корея ответственна за киберпреступления по всему миру.
В субботу ФБР заявило, что за атакой стоит связанная с Северной Кореей хакерская группа TraderTraitor. Ранее её уже подозревали в нескольких кражах криптовалюты.
Ким Ё Чжон обвинила США в попытках подорвать репутацию и достоинство Северной Кореи, а также нарушить её суверенитет в киберпространстве. В ответ она напомнила, что американские власти сами заявляли о намерении использовать незаконно изъятые криптоактивы для формирования стратегического государственного резерва.
По её словам, выяснение того, кто получит выгоду от возвращённых криптоактивов, может помочь установить, кто стоит за кражей. Ким Ё Чжон предупредила, что Северная Корея следит за тем, что считает продолжающимися провокациями США, и может пересмотреть свой подход к враждебной политике Вашингтона в разных сферах.
Представитель министерства объединения Южной Кореи отметил, что Ким Ё Чжон впервые выступила с заявлением по поводу обвинений в кибератаках. По его словам, это показывает, насколько серьёзно Пхеньян относится к делу на фоне растущего международного внимания. Обычно Северная Корея отвечает на подобные обвинения заявлениями МИД.
Аналитики считают, что отрицание причастности призвано сохранить образ Северной Кореи как обычного государства, не допустить превращения кибератак в международную проблему и оказать давление на США, чтобы те отказались от политики, которую Пхеньян считает враждебной.
Майкл Босак, директор Института Parley Policy и бывший сотрудник Командования ООН, назвал эту кражу потенциально крупнейшей в истории криптовалют. Её сумма составляет почти четверть предполагаемого годового ВВП Северной Кореи. По его мнению, Пхеньяну может быть необходимо отрицать обвинения, чтобы сохранить возможности отмывать и использовать криптовалюту. Если международное сообщество перекроет эти каналы, похищенные средства не смогут поддерживать цели северокорейского правительства.
После атаки Южная Корея призвала усилить защиту цифровой инфраструктуры. Президент Ли Чжэ Мён заявил, что даже крупнейшая в мире криптовалютная биржа понесла огромные потери. По его словам, развитие искусственного интеллекта делает методы взлома более сложными и распространёнными, а защита, основанная на выявлении угроз и реагировании уже после атаки, имеет очевидные ограничения. Необходима комплексная система предотвращения кибератак.
В докладе ООН за 2024 год говорится, что доходы Северной Кореи от кибератак помогают финансировать разработку оружия массового уничтожения.
Одновременно Центральное телеграфное агентство Кореи сообщило об испытании стратегической крылатой ракеты с новой кассетной боевой частью. Она способна поражать территорию площадью 5–6 гектаров — примерно 50–60 тысяч квадратных метров. Испытание должно было проверить возможности ракеты атаковать цели сверху и её манёвренность на заключительном участке полёта. Северокорейские власти заявили, что испытания служат защите страны и сдерживанию любых угроз.
Лим Ыль Чхоль, профессор Института исследований Дальнего Востока университета Кённам, рассказал AFP, что Северная Корея демонстрирует способность одной крылатой ракетой уничтожить важные военные объекты Южной Кореи и США. Среди возможных целей он назвал взлётно-посадочные полосы, радиолокационные базы, системы противовоздушной обороны и скопления военнослужащих.
По его словам, испытание также должно создать для Южной Кореи «двухуровневое сдерживание»: усилить возможности асимметричного удара обычными вооружениями до применения ядерного оружия.
Северная Корея, обладающая ядерным оружием, в последнее время испытывала и другие системы, в том числе ударные беспилотники, новую высокоточную управляемую торпеду и гиперзвуковую ракету средней дальности.
Испытания северокорейских крылатых ракет не запрещены санкциями Совета Безопасности ООН, в отличие от испытаний баллистических ракет. Южнокорейские военные сообщили, что тесно взаимодействуют с США, чтобы изучить подробности и характеристики испытания. Они также заявили, что не раскрывают сведения о запусках всех видов оружия Северной Кореи по соображениям оперативной безопасности и для защиты источников разведданных.
