«Тави» раскритиковал новый проект закона о конкуренции, заявив, что он может провалиться, смягчая уголовные наказания и создавая льготы для крупного капитала, который стоит выше закона, оставляя население без возможности торговаться.
18 мая 2026 года полковник полиции Тави Содсон (พันตำรวจเอก ทวี สอดส่อง), бывший министр юстиции и лидер Партии народа, опубликовал пост в Facebook, в котором подвёл итоги поправок к Закону о конкуренции, прошедших на рассмотрение в первом чтении в Палате представителей. Он выделил семь ключевых моментов проекта.
1) Расширение полномочий: закон предлагает распространить действие правил на государственные предприятия, публичные организации и другие госструктуры, ведущие коммерческую деятельность, а также на сектора с особым регулированием, такие как телекоммуникации и энергетика. Документ предусматривает применение закона к действиям за пределами королевства, если они оказывают влияние на внутренний рынок.
2) Изменение порядка формирования Комитета по конкуренции: предлагается, чтобы членов комитета утверждала Палата представителей (вместо прежнего порядка — Кабинет министров). Число членов планируют сократить до 7 человек включая председателя и заместителя, чётко установить пропорции экспертов по праву, экономике и защите потребителей, и требовать от них как минимум 10 лет опыта. Вводится KPI для оценки работы; не прошедшие оценку теряют должность.
3) Слияния и поглощения: в случаях, которые могут ослабить конкуренцию или привести к возникновению доминирующих позиций, требуется предварительное согласие комитета. Определения и критерии будут расширены так, чтобы учитывать конкурентную среду и тенденции на будущее, сравнивая с другими игроками в системе.
4) Прозрачность: усиливается требование публичности — полные решения и индивидуальные мнения каждого члена комитета должны публиковаться в течение 15 дней. В ходе рассмотрения дела офис обязан ежемесячно публиковать отчёты о ходе расследования.
5) Снятие уголовной ответственности: проект отменяет тюремные наказания по статьям, связанным с монополизацией (ст.50, 54, 55, 57) и заменяет их гражданско-административными штрафами. Штрафы предлагается привязать к доходу за год нарушения (например, до 10% или 20% дохода) или к стоимости объединительной сделки, чтобы создать более серьёзные экономические санкции для крупных компаний.
6) Стимулы для информаторов: вводятся критерии освобождения или снижения административного штрафа для соучастников, которые первыми решат сотрудничать и предоставить доказательства, что должно помочь разоблачать картели и тайные соглашения. Кроме того, уголовные иски, иски о возмещении ущерба и административные дела предложено передавать на рассмотрение в суд по интеллектуальной собственности и международной торговле, вместо административных или прежних юрисдикций.
7) Защита потерпевших и сборы: потерпевшие смогут требовать возмещение убытков в размере до 3 раз (и не менее 3 раз по решению суда), но не более 4-кратного размера фактического ущерба. Срок исковой давности продлевается и может быть приостановлен на 3 или 5 лет с момента, когда был или должен был быть обнаружен факт нарушения; при подаче жалобы в офис срок приостанавливается немедленно. Также повышаются госпошлины: например, за заявку на слияние — до 5 000 000 бат, за предварительное разъяснение — до 500 000 бат.
Тави в своём посте отметил, что на практике в Таиланде никогда не было дефицита экономических законов: уже существуют Закон о конкуренции, профильные законы и национальные регуляторы. Конституция прямо предусматривает, что государство должно выстраивать систему экономики в интересах общества, устранять несправедливые монополии и не вступать в конкуренцию с частным сектором. Тем не менее государство владеет примерно 55 государственными предприятиями, которые конкурируют с частными компаниями, а базовые услуги (вода, электроэнергия, топливо) не должны переходить в частную собственность в объёме менее 51% по конституции.
По мнению Тави, существующие законы часто не применяются строго и честно: они превратились в «бумажных тигров», позволив влиятельным игрокам стоять выше закона и вызывать страдания населения, формируя доминирование на рынке. В качестве примеров он указал несколько секторов.
Ритейл: крупные корпорации меняют правила игры. По данным годовых отчётов на 31 декабря 2025 года, распространение сетей магазинов привело к тому, что наличность из сельских и городских сообществ перераспределяется в пользу крупных компаний в Бангкоке. Число магазинов формата convenience достигло 15 945 точек и продолжает расти на 600–700 точек в год; у ведущей компании доля рынка в своей группе до 78,8%. Опасность не только в расширении числа точек, но и в контроле цепочек оптовой и розничной торговли, онлайн‑платформ и клиентских данных, из‑за чего мелкие магазины и рынки теряют конкурентные преимущества, а денежные потоки утекают в центр.
Энергетика: хотя конституция запрещает частичную приватизацию ниже 51% для базовой инфраструктуры, на практике государство не удерживает верховенство права, и концессионные частные монополии контролируют до 70% производства энергии, что привело к значительному обогащению частных инвесторов и росту цен для населения.
Телеком: государство передавало концессии частным компаниям, что позволило слияниям и в итоге осталось лишь два основных оператора. При более чем 133 млн мобильных номеров рынок фактически лишён выбора, несмотря на подтверждение процедур регулирующими органами и административными судами.
Транспорт и логистика: государственные проекты сосредоточены у нескольких крупных групп: первая по объёму подрядов имеет общий объём более 337,396 млрд бат, вторая — свыше 315,016 млрд бат, третья — более 117,948 млрд бат. Такая концентрация фактически забирает общенародные активы у общества, а по истечении концессий их часто продлевают вновь.
Тави выразил тревогу и своё несогласие с отменой тюремного наказания в проекте. По его словам, борьба с группами с доминирующим положением на рынке и так чрезвычайно сложна: это серьёзные экономические преступления, поскольку у таких игроков есть деньги, влияние и юридические команды, которые находят лазейки. Если же оставить только административные штрафы или исключительно гражданско‑правовые меры, то для компаний с активами на уровне сотен миллиардов бат штрафы в 1–10 млн бат будут символическими по сравнению с выгодой от монополии. Поэтому он настаивает на сохранении уголовной ответственности, как в других странах.
В заключение Тави подчеркнул, что стране нужны сильные лидеры, честные правоохранительные органы и справедливая судебная система, готовая одинаково применять закон и разрывать круги интересов, стоящие выше права. Настоящая справедливость, по его мнению, включает контроль над коррупцией и недопущение злоупотребления властью, чтобы у мелких участников оставались рынки, капитал и возможности для честной конкуренции и экономического достоинства.
