Учёные предложили объединить усилия для поиска выхода из проблемы роста цен на топливо и потребовали комплексной перестройки энергетического сектора, чтобы устранить непрозрачные элементы ценообразования.
В 13:00 27 марта 2026 года в конференц-зале здания Ади́т Урарат Университета Рангсит прошла дискуссия на тему «6 бат, на который нужно ответить… как лидер Таиланда выведёт страну из энергетического кризиса?». В обсуждении приняли участие доцент Наронг Петчпрасерт, декан экономического факультета Университета Рангсит; доцент Читтаван Чанакул, преподаватель экономического факультета Университета Касетсарта; господин Маларангсиват Касемсри, эксперт по энергетике; и доцент Суриясай Катасила, декан Колледжа лидеров и социальных инноваций Университета Рангсит.
Доцент Суриясай охарактеризовал нынешний скачок цен на топливо как «айсберг», указывая, что это может породить каскадные кризисы и является свидетельством провала управления со стороны правительства. По его словам, государственные органы, ответственные за топливо, пытаются отвлечь внимание, сравнивая цены с соседними странами, но не дают реальных решений. Он спросил, зачем тогда нужен нынешний состав правительства, если гражданам приходится «садить бананы и держать кур», чтобы справляться с проблемами самостоятельно. Также он заявил, что назрела необходимость вернуть роль ПТТ, подчёркивая: если структура отрасли остаётся сконцентрированной и несправедливой, даже компании в десять раз крупнее ПТТ не смогут решить энергетический кризис — проблему нужно решать на уровне структуры системы.
Доцент Наронг заметил, что он не удивлён сложившейся ситуацией: в глобальном масштабе борьба за ресурсы продолжается — США воюют за контроль над нефтяными ресурсами, Израиль — за территорию. Конфликты из-за энергии носят затяжной характер и соответствуют интересам великих держав. Он предложил, что Таиланд должен снизить влияние США, чтобы усилить переговорные позиции по концессиям.
Непонятные «мифические» издержки
По словам господина Маларангсивата, Таиланд переживает нефтяной кризис с 1977 года, когда генерал Криангсак Чоманант создал нефтяной холдинг для противовеса иностранным компаниям. В 1981 году генерал Прем Тинсуланонд утвердил модель участия Таиланда в нефтяных месторождениях через долю в продукции вместо прямой оплаты, что снизило риски для государства. Позже была создана PTT Exploration and Production как 100%-ная государственная компания. Ранее государство владело и некоторыми НПЗ, такими как Thai Oil и Summit (ныне Bangchak). В периоды кризиса государственные меры по управлению себестоимостью помогали поддерживать страну, но последующая либерализация структуры привела к утрате контроля над НПЗ.
С 1997 года структура цен на топливо в Таиланде во многом привязана к «фиктивным» эталонным ценам Сингапура и включает скрытые издержки — транспортные расходы, страхование, потери в пути и т.п., которые критики называют «тотемными» или «мифическими» издержками («ต้นทุนทิพย์»). Они утверждают, что каждая дополнительная 1 бат повышения цен соответствует бремени для населения более чем в 36 млрд бат в год. При этом, по их наблюдению, ни одна государственная структура всерьёз не занимается реформированием этой ценовой схемы.
Критика непрозрачной структуры
Доцент Читтаван согласен, что после международных конфликтов волатильность мировых цен выросла. Хотя цены в Таиланде по сравнению с некоторыми странами не являются самыми высокими, население страдает сильнее из-за внутренних структурных проблем и коррупции. Он отметил, что первоначальная фиксация цен, а затем резкий их рост создают у людей ощущение внезапного увеличения расходов и могут привести к спаду экономики, инфляции и росту безработицы. Он призвал правительство укреплять доверие населения и избегать дополнительных займов: текущий бюджетный дефицит превышает 900 000 млн бат, и ещё один заём в 150 000 млн бат может породить второй кризис. В качестве альтернативы он предложил сократить неприоритетные статьи расходов и направить 100–200 млрд бат на субсидирование электроэнергии.
Предложение по «апгрейду» ПТТ
Когда участников спросили, какие решения должен принимать хороший лидер в этом кризисе, доцент Суриясай отметил, что указание премьер-министра на проверку запасов топлива через Командование внутренней безопасности (ISOC) могло опоздать: в первые 2–3 дня шока сообщалось, что некоторые компании получили прибыль до 64 млрд бат при росте цены с 33 до 39 бат, а другие оценивали прибыль минимум в 2 млрд бат. Поэтому необходима проверка для установления справедливости по отношению к частному сектору, поскольку никто не знает, когда завершатся войны и удастся ли договориться. В числе предложений он вновь вернул идею «вернуть ПТТ»: варианты включают 1) выкуп акций ПТТ государством (не обязательно 100%), 2) юридические меры по возвращению контроля над ПТТ, 3) создание новой компании-конкурента.
Он также предложил преобразовать ПТТ в национальную энергетическую компанию, которая в комплексе будет управлять нефтью, газом и инвестициями в возобновляемые источники энергии.
Прогноз долгого конфликта
Доцент Наронг выразил мнение, что геополитическая ситуация может затянуться на годы. Он рассуждал, что Китай не заинтересован в быстром завершении конфликтов, потому что затяжка ослабляет позиции США. Также Иран и соседние страны Персидского залива являются важными финансовыми донорами для США через нефтяной бизнес, а нефть поддерживает статус доллара. Китай и Россия не хотят, чтобы США полностью контролировали мировые поставки нефти, поскольку это ударит по китайской промышленной базе, которая потребляет огромное количество топлива. Поэтому в обозримом будущем напряжённость в регионе, скорее всего, сохранится.
Запрет на экспорт и субсидии через акционеров ПТТ
В числе практических мер доцент Наронг предложил: 1) объявить нефтяное чрезвычайное положение и запретить экспорт, пока в стране ощущается дефицит, 2) использовать механизмы акционеров ПТТ (Минфин — 51,38% и фонд Warayaphak — 7,5%) для субсидирования цен, по аналогии с PETRONAS в Малайзии. В долгосрочной перспективе он настаивает на всестороннем продвижении возобновляемых источников энергии, включая добычу масел из местных растительных ресурсов и альтернативные виды топлива, а также даже использование угля вместо газа в некоторых применениях.
Политика и сельское хозяйство
Господин Маларангсиват выдвинул концепцию Zero Import Energy: по его мнению, Таиланд, находящийся в экваториальном поясе, обладает значительными наземными и подземными энергетическими ресурсами, которые не использовались должным образом. Он указал, что интересы энергетического капитала слишком сильно влияли на государственную политику, мешая внедрению альтернативных технологий. В качестве примера он привёл этанол, производимый из кассавы, сахара и кукурузы — топливо, близкое по химическому составу к бензину и с октановым числом до 100. В Бразилии существуют автомобили с гибкой системой питания (FFV), способные работать на 100% этаноле, но в Таиланде такая технология не получила широкого распространения, поскольку это уменьшило бы контроль нефтяной индустрии.
По его расчётам, при цене бензина около 40 бат за литр доходы от этанола полностью бы оставались в стране, что подтолкнуло бы экономику и снизило бы риск дефицита. Также он отметил, что отходы, особенно пластик, можно перерабатывать в топливо методом пиролиза — термической разложения без кислорода. Однако действующее регулирование требует классифицировать такое топливо как сырую нефть, что ограничивает возможности его продажи и использования, оставляя переработку под контролем НПЗ.
Чёткое решение по статусу ПТТ
Доцент Читтаван подчеркнул, что Таиланд должен окончательно решить, будет ли ПТТ полностью государственной или полностью частной компанией, и не допускать её нынешнего гибридного состояния. Он предложил создать новую национальную нефтяную компанию как структурное решение и отправную точку для восстановления государственной системы управления энергией.
