Партия «Народ» направила «дока Вайо» с командой юристов подать уголовный иск против членов Комиссии по выборам (КЭК) — предъявлены обвинения по статье 157 Уголовного кодекса и по специальным законам о КЭК и о выборах в связи с нанесением заметных меток/штрихкодов на избирательные бюллетени.
26 февраля 2026 года в Центральном уголовном суде по делам коррупции и должностных преступлений доктор Вайо Асаварунруанг, заместитель главы партии «Народ», вместе с адвокатской группой подали жалобу против Комиссии по выборам по статье 157 УК в отношении должностных лиц за неправомерное или умышленное ненадлежащее исполнение обязанностей с причинением вреда другим, а также по закону о КЭК (п.69) за бездействие или неправомерные действия и по закону о выборах депутатов (п.96 в сочетании с п.164) — за нанесение на бюллетени распознаваемых отметок, наказуемых по статье 164.
По словам заявителей, дело уже зарегистрировано, и в течение 30 дней суд вынесет постановление — потребует ли дополнений к иску, примет его к производству или откажет. В случае принятия жалобы будет назначено предварительное слушание по существу, которое, по оценкам стороны обвинения, может состояться в срок примерно 45–60 дней от 24 марта 2026 года.
Доктор Вайо заявил, что у него и команды собрано много фактов, а также есть судебный прецедент — дело Васана Пхэмлап 2006 года, решение по которому Верховного суда было вынесено в 2015 году. Они подробно изучили это решение и сочли его сопоставимым с текущим делом: тогда суд признал нарушение положений закона о КЭК (ст.24 в сочетании со ст.42), что соответствует положению п.69 закона о КЭК, указанному в их иске. По его прогнозу, процесс будет длительным и наверняка дойдет до апелляции и кассации, возможно, займет около 10 лет, как и прецедентное дело Васаны.
Вайо также пояснил различия между текущим уголовным иском и иными способами оспаривания: обращение к омбудсмену ведет дело к Конституционному суду, который решает вопросы о должностях и о том, является ли указ о выборах недействительным; административный иск в административный суд может затрагивать административные приказы, требовать назначения повторных выборов или пересчета голосов, а также вопросы образцов бланков бюллетеней. Сегодня же они пришли в Центральный уголовный антикоррупционный суд, чтобы возбудить именно уголовное дело. Объединять материалы или нет — в дискреции суда, при этом, по его словам, это не будет формой дублирующих исков, поскольку потерпевшие иные.
Доктор Вайо признал, что доказать «особый умысел» в рамках ст.157 сложно: помимо общего умысла истцу нужно будет доказать скрытый особый умысел, направленный на причинение вреда конкретным лицам, что не просто. В прецеденте 2015 года обвинение по ст.157 не состоялось, поэтому они параллельно предъявляют обвинение и по п.69 закона о КЭК, что, по его мнению, надежнее для правового обоснования.
Он отметил, что обычному гражданину подать уголовный иск против должностного лица непросто, а в делах о коррупции и должностных преступлениях это особенно трудно. Тем не менее, каждый избиратель считается фактическим потерпевшим и имеет право предъявить такой иск: согласно правовой позиции, сформированной в 2016 году, выборы, лишенные честности и справедливости, и действия, затрагивающие права широкого круга избирателей, дают всем избирателям правовой статус потерпевших. Основная идея — нарушение права на тайное и непосредственное голосование, гарантированное конституцией и законами.
В качестве политической организации партия также понесла экономический ущерб: партии создаются согласно закону о партийных организациях для выдвижения кандидатов и представления программ, они несут расходы на кампании, используют человеческие ресурсы и проводят мероприятия. Поэтому ущерб от нечестных выборов является реальным и ощутимым для партии.
Журналисты обратились к Вайо с вопросом о параллельном случае, когда столичный отдел КЭК подал иски против граждан. Вайо ответил, что КЭК оправдывает такие иски тем, что это их обязанность — иначе они подлежат ответственности по ст.157. Однако, по его словам, действия КЭК в этом случае более рисковые с точки зрения ст.157: у комиссии есть дискреционные полномочия, и нет закона, который автоматически обязывал бы их подавать конкретные уголовные иски при каждом инциденте. КЭК должна оценивать, принесет ли подача иска общественную пользу.
Поэтому он намерен в течение 15 дней подать дополнение к своему иску, указав, что действия КЭК являются дискриминационными и представляют собой неправомерное исполнение обязанностей с целью нанести вред другим. Он считает, что, возбуждая уголовные дела против граждан, которые пытались выявить нарушения, но не создав следственной комиссии в рамках своих полномочий для проверки этих фактов, КЭК фактически избирает подходы выборочного преследования — что соответствует историческим фактам 2006 года.
Вайо подчеркнул, что гражданам крайне трудно что‑то сделать в отношении должностных лиц из независимых органов, и этот случай вновь демонстрирует отчуждение этих органов от общества: у граждан практически нет механизмов инициировать отзыв или привлечение к ответственности таких институтов.
