10 мая 2026 года эксперт по энергетике указал, что у Таиланда есть реальная возможность провести структурную реформу энергетики в рамках недавно принятого указа о кредитах для смягчения последствий энергетического кризиса и финансирования перехода в энергосектор.
По его словам, высокая стоимость электроэнергии в Таиланде объясняется не дефицитом ресурсов, а устаревшей структурой рынка, созданной в другой эпохе. Резкий рост цен на электричество, колебания цен на нефть и сокращение добычи природного газа в Сиамском заливе — всё это сигнализирует о том, что пришло время для серьёзных реформ.
Эксперт отметил, что Таиланд обладает преимуществами региона по потенциалу и географии, и мог бы привлечь крупных инвесторов, если создаст конкурентную среду. В качестве примера он привёл решение Lego инвестировать 1 млрд долларов в завод во Вьетнаме, работающий на 100% солнечной энергии — это показывает, что доступ к дешёвой чистой энергии стал ключевым фактором при выборе площадки для инвестиций.
Однако быстрый рост производства возобновляемой энергетики во Вьетнаме сопровождался финансовыми проблемами: рост расходов на закупку электроэнергии у производителей привёл к серьёзной нагрузке на госэнергооператора EVN. Закупочные расходы EVN выросли с 4,5 млрд долларов в 2018 году до 11,5 млрд долларов в 2023 году, а из-за жёсткого контроля розничных цен компания понесла убытки более 1 млрд долларов в 2023 году. Это — ловушка, которой Таиланд должен избежать.
Вьетнам сейчас отходит от фиксированных высоких тарифов (Feed-in Tariff) в пользу конкурентных аукционов, где победителем становится производитель, предложивший самую низкую цену, а также развивает схемы прямых договоров покупки электроэнергии (DPPA) и инвестирует в сеть и системы накопления энергии. Благодаря конкуренции цена на солнечную энергию в Индии, например, упала с 9,72 цента за кВт·ч в 2014 году до 3,04 цента в 2024 году — снижение более чем на 68% за 10 лет.
Тем временем в Таиланде продолжаются дебаты о допуске частных продаж электроэнергии обратно в сеть. Эксперт считает, что у страны есть шанс привлечь те же инвестиции и развить связанные отрасли, но для этого необходимы чёткие и конкретные политические сигналы, а не декларации на международных форумах. Часто система удерживается конкурентоспособностью лишь на бумаге: долгосрочные PPA с условием Take-or-Pay и монополия на сеть заставляют государство оплачивать готовность старых электростанций, перекладывая расходы на конечных потребителей.
Автор предлагает три первоочередные меры, которые следует реализовать немедленно под финансирование из рамок П.Р.К. на сумму 200 млрд бат:
1) Открыть рынок: снять ограничения и разблокировать DPPA и программы солнечных крыш (rooftop solar). Это позволит инвестициям приходить без прямых госрасходов, если государство даст ясные сигналы.
2) Перейти к конкурентным закупкам: вместо продления традиционных PPA применять систему аукционов, чтобы цены отражали реальные текущие затраты на возобновляемую энергию.
3) Отделить магистральные линии передачи от крупных производителей: пока генераторы контролируют сеть, реальной конкуренции не будет. Разделение собственности и функций сети — базовая мера, которую проводят успешные реформы в других странах.
Противники реформ ссылаются на техническую сложность и риски энергобезопасности, и такие аргументы часто откладывают решения. Но пример Вьетнама показывает: при наличии политической воли развивающаяся страна может кардинально изменить энергетическую модель за считанные годы.
«У Таиланда ещё есть время, но окно возможностей сужается ежегодно, — говорит эксперт. — Страны с дешёвой чистой энергией и открытыми рынками привлекают качественные инвестиции; те, кто будет защищать старую структуру, получат лишь более дорогую электроэнергию, утечку инвесторов и растущее бремя для населения. Выбор ясен, и правительство должно выполнить задачи, прописанные в приложении к этому указу».