«Биг Тау» не переживает из‑за жалобы от «Тонг Бангкэ» — он уже доложил руководству и считает, что произошедшее не было выбиванием долгов. «Не играйте в хитрости! Вы сами знаете, что сделали», — сказал он и добавил, что пока не решил, подавать ли встречный иск, назвав в итоге заявителя «мелким вором».
Во вторник, 8 мая 2026 года, около 13:00 в штаб-квартире Центрального следственного управления (บช.ก.) полковник полиции Чарунгкит Панкэо рассказал о деле, в котором фигурируют «Тон Бангкэ» и «Мадам Кэнг». По его словам, обе стороны выступают со своими версиями, а полиция выступает посредником: ей поступило прошение обеспечить справедливость и выслушать и потерпевших, и обвиняемых.
По словам полковника, в интервью Тон, похоже, свёл воедино разные эпизоды и потому не рассказал всего. Временная шкала указывает, что 17 апреля была первая назначенная встреча: Тон пришёл с адвокатом на 27-й этаж, в комнате оказались трое. Тогда Чарунгкит признал, что не знал всех деталей и предложил поговорить добросовестно: Мадам Кэнг ещё готова урегулировать, и он спросил у Тона, хочет ли тот разговаривать — Тон согласился, поскольку стороны знакомы, а часть дел по мошенничеству можно урегулировать миром.
Разговор проходил в спокойной обстановке: были показаны активы для компенсации — в сумме более 50 млн бат — без ругани и насилия. В обсуждении участвовали семь человек, переговоры шли больше часа, но затем всё сорвалось. По версии сторон, предварительно обсуждался общий объём претензий около 360 млн бат: 1) договор на 120 млн бат, обеспеченный зданием — по этой части Мадам Кэнг и Тон урегулировали взаимные претензии; 2) договоры на 180 млн и 66 млн бат — эти суммы обе стороны считают несправедливыми.
Одна из спорных позиций связана с предметом культа, который продавец оценивал в 400–500 млн бат, а при проверке его реальная рыночная стоимость оказалась около 40 млн бат. Мадам Кэнг и её юристы предлагали Тону продать амулет самостоятельно и вернуть Мадам Кэнг 180 млн бат — если он получит большую прибыль, разница остаётся Тону. Это предложение не увенчалось успехом.
Остаток долга предполагалось покрыть продажей других активов Тона, но не хватало около сотни миллионов бат, поэтому условия считались несправедливыми. Чарунгкит добавил, что встреча 17 апреля была инициирована Тоном через посредника По̆нг Супхан, который знаком с обеими сторонами; с конца 2025 года Тон несколько раз пытался встретиться и объясниться с полицейским, и Чарунгкит не видит у По̆нг личной выгоды.
Он настаивает, что его действия не были выбиванием долгов, а лишь попыткой примирить знакомых и помочь сторонам обсудить спор: «Это было разговором между знакомыми, попыткой создать удобную площадку для диалога. Но у потерпевшей стороны есть доказательства — вопрос в том, будет ли время их использовать».
Полковник отметил, что Тон пришёл сам, показав намерение не скрываться, и сделал это потому, что дело начало продвигаться: появились повестки и обвинения, и Тону, по его словам, стало «жарко». Также в сообществе коллекционеров амулетов многие боятся потерять репутацию и источник дохода, если против них выйдут ордеры на арест.
«Он пришёл с оглядкой: вы знаете, что вы делали. Не нужно хитрить с потерпевшими — вы в глубине души всё понимаете. Если вы долгим сроком не платите, а потом имеете средства — заплатите, вы же получили помощь. Те активы, которые вы сейчас демонстрируете в соцсетях, могли бы послужить залогом. Видно, что часть вещей выставляется уже 3–4 года, машины всё ещё используются», — добавил он.
Когда его спросили, кто лжёт по делу, заместитель начальника ответил, что проверит по научным методам, кому принадлежат предметы роскоши — часы, автомобили — и по последним публикациям в соцсетях.
По делу выделяют две группы: первая — семь человек, вторая — двое. Тон относится ко второй группе, но связан с первой. Имеется ещё один коллекционер с севера, который, по словам полиции, причастен к мошенничествам и нанес ущерб на 2–3 млрд бат; кроме того, группа коллекционеров причинила убытки другим жертвам примерно на 5 млрд бат. Полицейский уточнил, что пока не намерен распространять расследование шире, но если обнаружатся посредники, помогавшие систематически обманывать Мадам Кэнг, и будут доказательства — их привлекут к ответственности.
Заместитель начальника центрального следствия рассказал, что доложил всю хронологию происшедшего своему начальству, и руководитель уже распределил, кто будет вести дело. Он пояснил, на каких стадиях участвовал лично и какие объяснения были даны по попыткам урегулирования.
На уровне Национальной полиции рассмотрены два возможных сценария: при поступлении жалоб может быть создана следственная комиссия. Чарунгкит утверждает, что действия Тона нанесли ему и другим моральный вред и содержат элементы клеветы через распространение ложной информации, но пока он не принял решения о встречном иске — «потому что это мелкий вор».
В ответ на вопрос, не жалко ли ему втягиваться в это дело, полковник сказал, что такие обращения для полиции обычны: к ним часто приходят люди с проблемами. «Если боишься или ничего не делаешь и не помогаешь людям — тогда не стоит быть полицейским. Мы служим всей душой. Я думаю о реформе сферы коллекционирования амулетов — не хочу, чтобы люди страдали от обмана: по всем регионам поступают жалобы на мошенничество, и многие коллекционеры обладают влиянием и деньгами. Руководство, уверен, поймёт ситуацию и обеспечит справедливость», — заключил он.