Утром 30 апреля 2026 года в парламенте Таиланда прошло заседание Палаты представителей, на котором обсуждался устный вопрос депутата Натапонга Руэнгпаньявута (списочный депутат, лидер партии «Народ»). Вопрос касался обвинений в накоплении топлива, предполагаемо связанных с теневыми инвесторами, группами мошенников (scammer) и высокопоставленными лицами в правительстве. Вместо премьер‑министра на объяснения был направлен министр транспорта Пхипхат Рачакитпракан, но он не смог присутствовать, и в зал пришёл заместитель министра транспорта Срипонг Ангкасикулькит для дачи пояснений.
Натапонг заявил, что есть только два человека, которые могут дать исчерпывающий ответ — премьер‑министр и сам Пхипхат — потому что расследование вытекает из проверки дела о накоплении топлива, связанного с бизнесом, которым владеет так называемый «Сиа Теу» (в тексте — «เสี่ยตือ»). По его словам, общество требует ясности, но оба политика до сих пор не дали убедительного объяснения. Натапонг изложил пять «совпадающих» фактов, которые, по его мнению, вызывают подозрения в причастности к сети теневого капитала, мошенникам и людям из ближайшего окружения правительства.
Он перечислил основные основания для сомнений:
1) «Сиа Теу» оказался владельцем нефтехранилища в провинции Пхетчабури, которое было продано дочерней компании Bangchak — BCPG — в 2023 году по цене 9 000 млн бат, тогда как оценка составляла примерно 5 000 млн бат. Натапонг усомнился, зачем была переплата в столь больших размерах.
2) «Сиа Теу» владеет несколькими казино, в том числе в Камбодже, что может связывать его с сетями теневого капитала и мошенническими группами, которые через приобретение акций пытаются получить влияние в компании Bangchak.
3) «Сиа Теу» — отец мужчины, который был объявлен в розыск по делу о отмывании денег и онлайн‑азартных играх; по словам секретаря Партии Пумичай (พรรคภูมิใจไทย) Чайчхонка Чидчопа, этот сын якобы пытался подкупить на 40 млн бат для прекращения дел по таким сетям.
4) «Сиа Теу» — отец дочери, которая является акционером нефтекомпании в провинции Аангтонг; ранее министр энергетики сообщил, что DSI (Департамент специальных расследований) изучает случаи контрабанды и накопления топлива в Аангтонге.
5) «Сиа Теу» — друг заместителя премьера Пхипхата; сам Пхипхат, по сообщениям СМИ, подтвердил, что у него есть знакомый в трудном положении, и не дал прямого ответа по деталям займа более 100 млн бат, предоставленного в интересах сети «Сиа Теу».
Натапонг подчеркнул, что эти факты — не просто совпадения, а «совпадения плюс», и что расследование показывает возможную связь между накоплением топлива, организованными преступными группами и людьми из окружения нынешнего правительства. Он настаивает, что общество так и не получило ответов от премьер‑министра и Пхипхата, которых он напрямую связывает с ситуацией.
Депутат также обвинил правительство в двойных стандартах. Натапонг напомнил случай, когда премьер якобы просил бывшего заместителя министра финансов Ворапхака Таньявонга уйти в отставку из‑за связей с теневыми кругами; теперь же, по мнению Натапонга, премьер должен объяснить, будет ли он действовать аналогично в отношении Пхипхата, учитывая, что тот прямо признал свою дружбу с «Сиа Теу» и что сеть этого бизнесмена может быть связана с транснациональной преступностью.
Заместитель министра транспорта Срипонг, отвечая вместо отсутствующего Пхипхата, заявил, что вопросы, поднятые в зале, не находятся в компетенции министерства транспорта и должны быть доведены до сведения премьер‑министра. Он также отметил, что многие из поднятых тем находятся на рассмотрении у DSI и что, возможно, правильнее направлять эти вопросы к министру юстиции.
В ходе дебатов лидер Демократической партии Апхисит Ветчачива выступил с критикой в адрес председателя парламента Сопона Сарама, напомнив, что устный вопрос требует личного ответа от премьер‑министра или министра, если только у них нет непредвидимой причины отсутствовать. По регламенту такая причина должна быть представлена председателю парламента в виде письменного уведомления с указанием даты, когда будет предоставлен ответ. Апхисит потребовал прозрачности: если премьер или министр не могут явиться, то необходимо заранее и письменно уведомить председателя, объяснить характер «неотложности» и сообщить, когда будет возможность ответить — иначе это похоже на уклонение от ответственности.
Председатель парламента Сопон ответил, что перенос устных вопросов происходит в соответствии с действующей практикой и регламентом, и что для жесткого соблюдения процедуры необходима правка самих правил. В дискуссию подключились представители коалиции и оппозиции: интересы коалиции попросили оппозицию заранее сообщать о намерениях поднимать устные вопросы, чтобы скоординировать присутствие министров, а оппозиция напомнила, что регламент требует письменного уведомления о наличии «неотложности» в случае замены отвечающего.
Обсуждение показало раскол: оппозиция настаивает на строгом соблюдении регламента и прозрачности, чтобы не допускать ухода министров и премьера от ответов в парламенте; сторонники коалиции заявляют о необходимости корректировок в процедурах, которые, по их словам, мешают нормальной работе.
(Перевод основан на материале с пленарного заседания парламента 30 апреля 2026 года.)