История показывает: Иран старается сохранять тонкий баланс между демонстрацией решимости ради престижа и предотвращением широкой эскалации, которая угрожала бы интересам режима. Если удар США ограничен по масштабу, ответ Ирана, вероятно, будет сдержанным и пропорциональным, или будет осуществлён через прокси для снижения напряжённости. Тегеран хорошо знает о наличии у США стелс‑самолётов и наземных ударных ракет, способных атаковать их пусковые позиции, поэтому Ирану, вероятно, придётся вести огонь с нескольких позиций, сочетая его с волнами ударных дронов и храня значительные запасы ракет в защищённых подземных укрытиях. В 12‑дневной войне с Израилем в июне 2025 года Иран выпустил около 550 ракет и свыше 1 000 ударных дронов в однонаправленных волнах, в среднем — по 45 ракет и 83 дрона в день; такие темпы служат ориентиром для планирования нынешнего кризиса. Уровень перехвата у США вряд ли уступает израильскому и оценивается в 85–90%. Возможно также, что Иран будет пытаться глушить управляющие каналы дронов США. В иранском представлении ракетный арсенал — ключевой козырь для сдерживания, поэтому гиперзвуковые ракеты резервируются для полномасштабного столкновения, что уже имело место 28 февраля 2026 года.
Перед ударом западные СМИ предполагали, что региональная динамика ограничит ракетные выпады Ирана и что он вряд ли целится в американские базы в Саудовской Аравии. На деле это не так: Иран опирается на поддержку Китая, России и Северной Кореи, и массированная атака по американским объектам в регионе показывает, что Тегеран не боится втянуть в конфликт региональные державы вроде Саудовской Аравии, ОАЭ или Иордании. Это означает, что ответные удары, вероятно, будут направлены по всем американским базам в регионе.
По данным Управления национальной разведки США, у Ирана крупнейший ракетный арсенал на Ближнем Востоке. Десятки типов ракет иранских вооружённых сил имеют дальность около 2 000 км, что, по словам иранских чиновников, вполне достаточно для защиты страны, поскольку позволяет уверенно поражать территории Израиля.
Вооружение Революционной гвардии включает различные баллистические ракеты большой дальности — как собственных разработок, так и образцов российской и китайской конструкции, способных поразить Израиль с избытком. По данным Центра стратегических и международных исследований (CSIS), к арсеналу относятся:
Sejil — дальность 2 000 км. Это твердотопливная двухступенчатая баллистическая ракета средней и средней‑дальней дальности (MRBM) длиной примерно 18 м и диаметром 1,25 м. Пусковая масса — около 23 600 кг. Боевая часть — 700 кг на максимальную дальность 2 000 км или до 1 000 кг при укороченном полёте (~1 000 км). Диапазон заявляют до 2 000 км, а в некоторых вариантах — до 2 200–2 500 км. Ракета эксплуатируется примерно с 2012 года и использовалась в действиях против Израиля в 2025 году.
Emad — дальность 1 700 км. Модернизированная ракета с улучшенным ре‑энтри‑блоком (RV) и стабилизирующими плавниками, что повышает манёвренность и точность. RV у Emad больше, что позволяет нести более тяжёлую боевую часть — до 750 кг при дальности 1 700 км. Точность оценивают примерно 500 м, поэтому Emad относится к MRBM, но не к межконтинентальным системам. Его боевое назначение — поражение значимых целей на средних дистанциях.
В январе 2021 года Иран атаковал морские цели в Индийском океане на расстоянии свыше 1 800 км, применив противокорабельные ракеты Emad в учениях Great Prophet‑15. Тогда несколько снарядов упали в океан в районе примерно 160 км от авианосца США.
Ghadr — дальность 2 000 км. Ghadr‑1 (или Qadr) разрабатывался как модернизация Shahab; дальность оценивают около 2 000 км, а разные модификации (Qadr S/H/F) имеют дальности примерно 1 350; 1 650 и 1 950 км соответственно. Ракеты семейства Qadr‑110 несут боевые части 650–1 000 кг, длиной 15,5–16,58 м и массой 15–17,48 т. Базовая версия тяжелее Shahab‑3 примерно на 2 т. Ghadr обладает большей мобильностью и компактностью: время подготовки к пуску — около 30 минут против многих часов у старых Shahab‑3. Производится на секретном заводе Hemmat; пуски в ноябре 2015 и январе 2017 годов США рассматривали как нарушение резолюции СБ ООН 2231, запрещающей Ирану проводить испытания ракет, способных нести ядерные боеголовки.
Shahab‑3 — дальность до 1 300 км. Длина 15,6–16,58 м, диаметр 1,25–1,38 м; дальность варьируется от 800 до 1 300 км в зависимости от массы боевой части (760–1 200 кг). При тяжёлой боевой части дальность сокращается. Shahab‑3 использует одномоторную жидкотопливную конструкцию и базовую инерциальную систему наведения, что даёт точность порядка 2 500 м (CEP). Поздние версии получили китайские навигационные решения, повысившие точность ударов.
Khorramshahr — дальность 2 000 км. Длина около 13 м, диаметр корпуса 1,5–2,0 м, масса при пуске примерно 19–26 т. Иран заявляет о полезной нагрузке до 1 800 кг и возможной действительной дальности, превышающей оценки — до ≈2 500 км. Ракета двухступенчатая, жидкотопливная; сообщения иранских СМИ указывают на способности к снижению заметности для радаров и сложное финальное наведение. При использовании устаревшей инерциальной навигации точность может быть сравнительно невысока — порядка 1 500 м.
Hoveyzeh / Soumar — дальность 1 350–2 500 км. Концепция заимствована у российской крылатой ракеты Kh‑55, но Hoveyzeh — наземный вариант с твёрдым ракетным двигателем. Иран первоначально заявлял о дальности до 3 000 км, но для достижения таких дистанций потребовались бы дополнительные топливные баки, что снизило бы дальность до примерно 2 500 км. Аналитики считают, что Иран испытывает сложности с производством турбовентиляторных двигателей для таких крылатых ракет и разрабатывает собственный турбоджет «Tolu‑4», похожий на французский TR‑60. Технически с учётом топливной массы, уменьшенной боеголовки и аэродинамики дальность Soumar/Hoveyzeh оценивается в 1 350–2 500 км.
Таким образом, иранский ракетный комплекс покрывает широкий спектр возможностей: от MRBM типа Emad и Shahab до более тяжёлых Khorramshahr и мобильных Ghadr/Qadr. Их дальность и полезная нагрузка дают Тегерану возможности поражать цели на территории Израиля и в ряде случаев — дальше, вплоть до 2–2,5 тыс. км. На практике точность и боевые возможности зависят от типа навигации, наличия средств преодоления ПРО и тактики применения. При любом сценарии риск поражения американских и партнёрских объектов в регионе остаётся высоким, а сам факт наличия такого арсенала делает ракетную силу центральным инструментом иранской стратегии сдерживания.
Автор: Акам Румсуванн (Arkom Rumsuwan)
E‑mail: chang.arcom@thairath.co.th
Facebook: https://www.facebook.com/chang.arcom